Home > Теория > Начало начал или первая фотография

Начало начал или первая фотография

рис.1
В 1839 году изобретение двух различных процессов – дагерротипии, созданной Луи Жаком Манде Дагером (Louis Jacques Mandé Daguerre), и процесса перехода из негатива в позитив Уильяма Генри Фокса Талбота (William Henry Fox Talbot), были одновременно представлены в Париже на очередном заседании Академии Наук и Королевскому обществу в Лондоне. Процесс Дагера давал возможность получить довольно детальное изображение на медной пластине, покрытой серебром, в то время как Талбот использовал бумагу, что позволяло делать множество отпечатков с одного негатива.

Оба процесса были основаны на двух главных процессах химии и физики: на реакции особых химических составляющих со светом, и создании изображения путём проникновения света через крошечное отверстие в коробке. Исследованием светочувствительности материалов занимались ещё задолго до опытов Дагера и Талбота. В 1727 году в Германии Иоганн Генрих Шульце занялся исследованием свойств камеры обскуры.

рис.1

Camera obscura (рис.1) в переводе с латыни означает «тёмная комната», и в целом, является простейшим видом фотокамеры. Изначально она представляла собой всего лишь тёмное помещение с отверстием в одной из стен. Но со временем она трансформировалась в светонепроницаемый ящик с отверстием, через которое лучи света попадают внутрь ящика, падают на светочувствительный экран (пластину, бумагу и пр.) на противоположной стенке ящика, и создают изображение. Первым, кто использовал камеру обскуру для зарисовок с натуры, видимо был Леонардо да Винчи, который всё подробно описал в своём «Трактате о живописи». Веком позже Йоганнес Цан усовершенствовал камеру обскуру, оснастив её зеркалом, которое под углом 45 градусов проецировало изображение на матовую горизонтальную пластину, что позволило художникам переносить пейзажи на бумагу.

Следующим шагом развития камеры обскуры стал 1786 год, когда Жиль-Луи Шретьен предложил новый способ изображения натуры. И, в первую очередь, это касалось изображения портретов. Для того чтобы создать портрет, человек должен был сесть в профиль, луч света, направленный на лицо, проектировал изображение «в профиль» на медную пластину, срабатывал рычажок, который заставлял остроконечную палочку вырисовывать портрет, который затем гравировали. Но на этом исследования не прекратились.

В 1807 году английский исследователь Уильям Хайд Уолластон (William Hyde Wollaston) разработал камеру lucida (camera lucida – лат.), которая состояла из прозрачной призмы, подвешенной на металлическом стержне на уровне глаз, но выше листа бумаги. Глядя в небольшое отверстие, находящееся выше угла призмы, оператор мог видеть сразу два объекта и листок бумаги, и зарисовывать отражающееся изображение во всех подробностях и со всеми нюансами. Но все эти методы по-прежнему требовали присутствия человеческой руки, и неизбежно, большого мастерства и искусности от художника.
И именно в первой половине XIX века возник новый способ получения изображения, который впоследствии назовут фотографией. Заслуга в этом во многом принадлежит Жозефу Нисефору Ньепсу (Joseph Nicephore Niepce), который большую часть своей жизни потратил на то, чтобы закрепить полученный отпечаток. Он занялся исследованием этой проблемы в 1816 году в возрасте 51 года. После непродолжительных опытов с получением простых негативных отпечатков предметов путём прикладывания их к листам светочувствительной бумаги, Ньепс приступил к попыткам получения изображения при помощи камеры обскуры.

Первые свои опыты он начал с хлоридом серебра. Поместив в камеру обскуру бумагу, покрытую этим веществом, он получил негативные изображения, но не смог их закрепить. Но Ньепс был настойчив и терпелив: не добившись закрепления негативного изображения, он попытался изготовить позитив, помещая негатив и светочувствительную бумагу в камеру и пропуская в неё свет через объектив. Однако негативная бумага была слишком толстой и пропускала мало света. Позитив не получался. Кроме того, незакреплённый негатив чернел раньше, чем с него получался позитив. Исследования затянулись, изобретательные и утончённые опыты перемежались порой с периодами застоя, но иногда ему удавались внезапные и значительные прорывы. Опробовав множество химических соединений, Ньепс в 1820-х годах остановился на смеси асфальта и лавандового масла. Смешивая асфальт с угольной пылью, и разводя это лавандовым маслом, он получал лак, ложившийся на поверхность литографского камня или металлической пластинки ровным и блестящим слоем.

После воздействия света слои обрабатывались лавандовым маслом или нефтью, растворявшие не измененные светом участки лака. В результате чего оставались только контуры объекта фотографирования. Затем пластинка обрабатывалась кислотой, которая травила литографский камень или металл пропорционально толщине слоя оставшегося лака. После обработки остатки лака удалялись спиртом. Покрыв пластинку типографской краской, Ньепс размножал изображения на бумаге. Свой технологический приём он назвал «гелиография», т.е. «письмо посредством солнца». Первые гелиографические отпечатки Ньепс получил в 1822 году, запечатлев портрет папы Пия VII. А в 1826 году он запечатлел знаменитый вид из окна своей мастерской (фото 2). Это единственный гелиографический снимок Ньепса, дошедший до наших дней. Отпечаток был очень плохого качества, и местность на нём едва различима, однако именно благодаря своему методу Ньепс максимально близко подошёл к созданию фотографии.

В это же время в Париже Луи Дагер занимался похожими исследованиями. Познакомившись в 1827 году, оба изобретателя решили объединить свои усилия. И связь между ними не прерывалась до самой смерти Ньепса. Свет и его свойства всегда были великой страстью Дагера. Это подтолкнуло его на создание Диорамы совместно с Шарлем Мари Бутоном (Charles Marie Bouton), которая являла собой «магический» для того времени микс из оптики, живописи и химии.

Поначалу опыты Дагера строились, как и у многих художников того времени, на возможностях камеры обскуры. Однако, изображения, полученные таким путём, хоть и вызывали восхищение, но всё ещё не приносили удовлетворения. В 1833 году после смерти Ньепса Дагер продолжил свои исследования в одиночку. И, в отличие от Ньепса, который искал пути размножения изображений, Дагера интересовала в первую очередь детальность получаемого снимка. В 1837 году ему удалось достичь желанной цели: медная пластинка, покрытая светочувствительным составом на основе асфальта, выдержанная в камере обскуре, а затем обработанная парами ртути, дала, в конечном итоге, очень чёткое и изобиловавшее деталями изображение. Если вдаваться в подробности, то процесс непосредственного получения отпечатка сводился к тому, что посеребренную, тщательно отполированную медную пластинку, непосредственно перед съёмкой обрабатывают парами йода, в результате чего образуется плёнка из тончайшего светочувствительного йодистого серебра. Под действием света в этом слое возникает скрытое изображение, которое затем проявлялось парами ртути (фото  3-4-5).

Открытие Дагера, совершённое в 1839 году удивительным образом подстегнуло ход истории. Умышленное содержание в тайне сведений о новом способе получения отпечатков как бы развязало руки любителям строить догадки. И как один из мрака безвестности начали вылезать претенденты на свою сопричастность к новейшему изобретению. По крайней мере, из этого всего стало ясно, что подобные идеи в то время буквально носились в воздухе.

Одним из самых серьёзных протестов прозвучал в Англии, где в январе 1839 года Уильям Хенри Фокс Талбот продемонстрировал свой метод получения фотоснимков – на бумаге. Талбот начал проводить свои исследования в 1834 году, и к 1835 году у него уже были в запасе несколько отпечатков. Он работал с бумагой, пропитанной хлористым серебром, к которой прикладывал различные предметы и растения, прижимал их стеклом, выставлял на свет, тем самым получая негативные отпечатки этих предметов. Чуть позже Талбот начал применять камеру обскуру, однако проведённые им опыты с этой камерой не дали положительных результатов. Тогда он заказал несколько маленьких камер-обскур, в которые вставил крошечные линзы, и расставил их вокруг своего дома, и после часовой экспозиции получил его миниатюрные негативные изображения. Работая с солями серебра, Талбот сделал вывод, что светочувствительность бумаги зависит от соотношения между употребляемым количеством соли и количеством нитрата серебра. И чем больше соли, тем слабее светочувствительность бумаги. Такое изображение Талбот назвал «фотографическими рисунками» (фото 6).

Но, видимо, не придавая большого значения своим исследованиям, Талбот забросил опыты со светом. И кто знает, когда бы он к ним вернулся, если бы не дошедшие до него в 1839 слухи об изобретении Дагера. Обнародование парижского открытия побудило Талбота возобновить свои исследования, и опубликовать как можно скорее и желательно в газетах все тонкости и подробности своего метода, который, по правде сказать, был на тот момент очень оригинальным. Он, подобно Дагеру, применял соли серебра в качестве одного из светочувствительных веществ, но он добился того, чтобы нормальное изображение получалось сразу на бумаге, минуя переход из негатива в позитив. Само применение бумаги в качестве основы делало его изобретение не похожим на изобретение Дагера. Конечно, изображение по качеству и чёткости заметно уступало дагерротипу, но тогда именно в Талботе видели основного соперника Дагера.

Но конкуренцию Дагеру мог составить и Эркюль Флоранс, и поляк Максимильян Страш, и французы Демаре, Лассень и Вериньон. Все они предъявляли свои заявки на изобретение, но от них не осталось ни одного снимка. Везунчиками в этом плане были уроженцы Мюнхена Карл Август фон Штайнхелль, Франц фон Кобелль и Якоб Карл Энзлен, а также шотландцы из Эдинбурга – Андру Файф и Манго Понтон. Этот список можно ещё долго продолжать, но всё же стоит упомянуть два имени – Джона Гершеля и Ипполита Байяра, которые в довольно оперативные сроки смогли разработать новые надёжные способы получения фотоотпечатков непосредственно на бумаге.

Однако Талбот не прекратил свои исследования, и в 1840 году сделал важное открытие, которое имело решающее значение для мировой фотографии в целом. Нанеся на несколько листков бумаги растворы различной концентрации, он подверг их небольшому экспонированию в камере обскуре, а потом просто оставил в тёмной комнате на некоторое время. И когда он вернулся в комнату, то с удивлением обнаружил на поверхности отчётливое негативное изображение, которое только оставалось проявить. Немаловажно, что фотограф мог наблюдать процесс проявления снимка, и остановить процесс в любой момент, поместив отпечаток в фиксирующий раствор, после чего этот раствор смывался водой, а бумага высушивалась. Этот процесс был назван «калотипией», который автор незамедлительно запатентовал в 1841 году (фото 7). Калотипы можно было размножать, а также увеличивать. Таким образом, Талбот решил ещё одну проблему – проблему тиражирования.

Так кого же всё-таки считать первым изобретателем фотоснимка? Ньепса, Дагера, Талбота? Похоже, что ответ на этот вопрос придётся не один раз обработать ртутными парами, чтобы на поверхности оказалась более-менее очевидная картинка всех происходивших в то время процессов. Ясно одно: эта бессмертная троица занимает первое место в исследовании фотографических процессов. Упорные труды Нисефора Ньепса, который сделал первый в мире снимок в камере обскуре, позволили Дагеру создать дагерротипы, быстро ставшие достоянием Европы, и распространившиеся по всей Америке в качестве основного способа получения снимка. Первым, кто официально заявил о своём изобретении, был, конечно же, Дагер в 1839 году, однако именно Талботу принадлежит идея негативно-позитивного фотографического процесса, который и по сей день широко используется во всем мире.

Ясно одно, что художники, химики и физики первой половины XIX века в течение двадцати лет пытались воплотить в жизнь давнюю идею о том, чтобы запечатлеть мгновение чисто механическим путём. Идеи витали в воздухе, всё закрутилось вокруг камеры обскуры и светочувствительного серебра, путём проб и ошибок, побед и разочарований исследователи пришли к приблизительно одинаковым результатам в приблизительно один и тот же срок – 1839 год.

Изобретение фотографии, в конце концов, объединило знания в области химии и оптики, накопившиеся к этому времени, позволяя свету рисовать и создавать новое искусство.

Текст: Лидия Емельянова.

© www.toto-school.ru

  1. No comments yet.
  1. No trackbacks yet.